Древний образ преподобного Максима Грека

Несколько явственнее выступают чувства и рвения оппозиционной боярской знати в княжение Василия. До нас дошел от тех пор монумент, вскрывающий политическое настроение боярской стороны, – это отрывок следственного дела об думном человеке Иване Никитиче Берсене-Беклемишеве (1525). Берсень, далековато не принадлежавший к главной знати, был человек упорный, непокладистый. В то время пребывал в Москве Древний образ преподобного Максима Грека вызванный с Афона для перевода с греческого Толковой Псалтири ученый монах Максим Грек. Это был человек образованный, знакомый с католическим Западом и его наукой, учившийся в Париже, Флоренции и Венеции. Он привлек к для себя пытливых людей из столичной знати, которые приходили к нему поговорить и Древний образ преподобного Максима Грека поспорить «о книжках и цареградских обычаях», так что Максимова келья в подмосковном Симоновом монастыре стала похожа на ученый клуб.

Интересно, что более обыкновенными гостями Максима были все люди из оппозиционной знати: меж ними встречаем и князя Андрея Холмского, двоюродного племянника опального вельможи, и В. М. Тучкова, отпрыска вельможи Тучкова, более Древний образ преподобного Максима Грека грубившего Ивану III, по свидетельству Сурового. Но самым близким гостем и собеседником Максима был Иван Никитич Берсень, с которым он нередко и длительно сиживал с глазу на глаз.

Берсень находился в это время в немилости и удалении от двора, оправдывая свое колкое прозвище (берсень – крыжовник). Иван Никитич раз в Думе что Древний образ преподобного Максима Грека-то резко сделал возражение сударю при обсуждении вопроса о Смоленске. Величавый князь рассердился и изгнал его из совета, сказав: «Пошел, смерд, вон, ты мне не надобен». В беседах с Максимом Берсень и изливал свои огорченные чувства, в каких можно созидать отражение политических дум тогдашнего боярства.

Передам их Древний образ преподобного Максима Грека беседы, как они записаны были на допросах. Это очень редчайший случай, когда мы можем подслушать интимный политический разговор в Москве XVI в.

Беседы Берсеня с Максимом Греком. Опальный советник, естественно, очень раздражен. Он ничем не доволен в Столичном государстве: ни людьми, ни порядками. «Про местные люди есми молвил, что сейчас Древний образ преподобного Максима Грека в людях правды нет». Всего более недоволен он своим сударем и не желает скрывать собственного недовольства перед иностранцем.

«Вот, – гласил Берсень старцу Максиму, – у вас в Царьграде царствуй сейчас басурманские, гонители; настали вам злые времена, и как-то вы с ними перебиваетесь?» – «Правда, – отвечал Максим, – царствуй у нас нечестивые Древний образ преподобного Максима Грека, но в церковные дела у нас они не вступаются». – «Ну, – сделал возражение Берсень, – хоть у вас царствуй и нечестивые, да нежели так поступают, стало быть, у вас есть еще Бог».

И вроде бы в оправдание проглоченной мысли, что в Москве уже нет Бога, опальный советник посетовал Максиму на Древний образ преподобного Максима Грека столичного митрополита, который, в угоду сударю, не ходатайствует по долгу сана за опальных, и вдруг, давая волю собственному возбужденному пессимизму, Берсень обвалился и на собственного собеседника: «Да вот и тебя, государь Максим, взяли мы со Св. Горы, а какую пользу от тебя получили?» – «Я – сиротина, – отвечал Максим обидчиво, – какой от меня и Древний образ преподобного Максима Грека полезности быть?» – «Нет, – сделал возражение Берсень, – ты homo sapiens и мог бы нам пользу принести, и пригоже нам было тебя спрашивать, как сударю землю свою устроить, как людей награждать и как митрополиту вести себя». – «У вас есть книжки и правила, – произнес Максим, – сможете и сами устроиться».

Берсень желал Древний образ преподобного Максима Грека сказать, что сударь в устроении собственной земли не спрашивал и не слушал разумных советов и поэтому строил ее неудовлетворительно. Это «несоветие», «высокоумие», кажется, всего больше разочаровывало Берсеня в виде деяния величавого князя Василия. Он еще снисходительно относился к Васильеву папе. Иван III, по его словам, был добр и Древний образ преподобного Максима Грека до людей ласков, а поэтому и Бог помогал ему во всем; он обожал «встречу», возражение против себя. «А сегодняшний сударь, – сетовал Берсень, – не такой: людей не достаточно жалует, упрям, встречи против себя не любит и раздражается на тех, кто ему встречу говорит».

Итак, Берсень очень недоволен сударем; но Древний образ преподобного Максима Грека это недовольство совсем ограниченного нрава. С недавнешнего времени старенькые московские порядки стали шататься, и шатать их стал сам сударь – вот на что в особенности сетовал Берсень. При всем этом он излагал целую философию политического консерватизма.

«Сам ты знаешь, – гласил он Максиму, – ну и мы слыхали от разумных людей, что которая земля перестанавливает Древний образ преподобного Максима Грека свои обычаи, та земля недолго стоит, а тут у нас старенькые обычаи сегодняшний величавый князь переменил: так какого же добра и ожидать от нас?» Максим сделал возражение, что Бог наказывает народы за нарушение Его заповедей, но что обычаи королевские и земские переменяются сударями по суждению событий Древний образ преподобного Максима Грека и муниципальных интересов. «Так-то так, – сделал возражение Берсень, – а все-же лучше старенькых обычаев держаться, людей жаловать и стариков почитать; а сейчас сударь наш, запершись сам-третей у постели, всякие дела делает».

Этой переменой обычаев Берсень разъясняет наружные затруднения и внутренние неурядицы, какие тогда переживала Российская земля. Первой виновницей этого отступничества Древний образ преподобного Максима Грека от старенькых обычаев, сеятельницей этой измены родной старине Берсень считает мама величавого князя. «Как пришли сюда греки, – гласил он Максиму, – так земля наша и замешалась, а до того времени земля наша Российская в мире и тиши жила. Как пришла сюда мама величавого князя, величавая княгиня Софья, с вашими греками Древний образ преподобного Максима Грека, так и пошли у нас нестроения величавые, как и у вас в Царегороде при ваших царях». Максим Грек счел долгом заступиться за землячку и сделал возражение: «Великая княгиня Софья с обеих сторон была роду величавого – по папе королевского роду царегородского, а по мамы – величавого дуксуса Феррарийского Италийской страны Древний образ преподобного Максима Грека». – «Господин! какова бы она ни была, да к нашему нестроению пришла», – так заключил Берсень свою беседу.

Итак, если Берсень точно выражал взоры современного ему оппозиционного боярства, оно было недовольно нарушением установленных обычаем правительственных порядков, недоверием сударя к своим боярам. Тем, что рядом с Боярской думой он завел особенный интимный кабинет Древний образ преподобного Максима Грека из немногих доверенных лиц, с которыми за ранее дискуссировал и даже предрешал муниципальные вопросы, подлежавшие восхождению в Боярскую думу. Берсень не просит никаких новых прав для боярства, а только отстаивает старенькые обычаи, нарушаемые сударем; он – оппозиционный консерватор, противник сударя, так как стоит против вводимых сударем перемен Древний образ преподобного Максима Грека.

Знатные москвичи, авторитетный российский вояка и авторитетный монгольский вояка(справа).

Гравюра XVI в.

Иван Суровый

Иоанн IV Суровый.

По рисунку XVI в.

Детство.Правитель Иван родился в 1530 г. От природы он получил разум бойкий и гибкий, вдумчивый и мало саркастический, реальный великорусский, столичный разум. Но происшествия, посреди которых протекло детство Ивана Древний образ преподобного Максима Грека, рано попортили этот разум, дали ему противоестественное, болезненное развитие. Иван рано осиротел – на четвертом году лишился отца, а на восьмом растерял и мама. Он с юношества лицезрел себя посреди чужих людей. В душе его рано и глубоко врезалось и всю жизнь сохранялось чувство сиротства, брошенности, одиночества, о чем он говорил Древний образ преподобного Максима Грека при всяком случае: «Родственники мои не хлопотали обо мне». Отсюда его робость, ставшая основной чертой его нрава. Как все люди, выросшие посреди чужих, без отцовского призора и материнского привета, Иван рано усвоил для себя привычку ходить оглядываясь и прислушиваясь. Это развило в нем подозрительность, которая с летами перевоплотился Древний образ преподобного Максима Грека в глубочайшее недоверие к людям.

В детстве ему нередко приходилось испытывать равнодушие либо пренебрежение со стороны окружающих. Он сам вспоминал после в письме к князю Курбскому, как его с младшим братом Юрием в детстве стесняли во всем, держали как убогих людей, плохо кормили и одевали, ни в чем воли не Древний образ преподобного Максима Грека давали, все заставляли делать против воли и не по возрасту. В праздничные, церемониальные случаи – при выходе либо приеме послов – его окружали царственной пышностью, становились вокруг него с раболепным смирением, а в будни те же люди не церемонились с ним, иногда баловали, иногда дразнили. Играют они, бывало, с братом Юрием в Древний образ преподобного Максима Грека спальне покойного отца, а первенствующий вельможа князь И. В. Шуйский развалится перед ними на лавке, обопрется локтем о кровать покойного сударя, их отца, и ногу на нее положит, не обращая на деток никакого внимания, ни отеческого, ни даже властительного. Горечь, с какою Иван вспоминал об этом 25 лет спустя, дает Древний образ преподобного Максима Грека ощутить, как нередко и очень его сердили в детстве. Его голубили как сударя и оскорбляли как малыша.

Но в обстановке, в какой шло его детство, он не всегда мог тотчас и прямо найти чувство досады либо злобы, сорвать сердечко. Эта необходимость сдерживаться, дуться в рукав, глотать слезы питала в нем Древний образ преподобного Максима Грека раздражительность и потаенное, неразговорчивое озлобление против людей, злоба со стиснутыми зубами. К тому же он был испуган в детстве. В 1542 г., когда правила партия князей Бельских, сторонники князя И. Шуйского ночкой врасплох напали на стоявшего за их врагов митрополита Иоасафа. Владыка скрылся во дворце величавого князя. Мятежники разбили Древний образ преподобного Максима Грека окна у митрополита, кинулись за ним во дворец и на рассвете вломились с шумом в спальню малеханького сударя, разбудили и испугали его.

Воздействие боярского правления. Отвратительные сцены боярского своеволия и насилий, посреди которых рос Иван, были первыми политическими его впечатлениями. Они превратили его робость в нервную пугливость, из которой с Древний образ преподобного Максима Грека летами развилась наклонность гиперболизировать опасность, образовалось то, что именуется ужасом с величавыми очами. Вечно тревожный и подозрительный, Иван рано привык мыслить, что окружен только неприятелями, и воспитал внутри себя грустную наклонность высматривать, как плетется вокруг него нескончаемая сеть происков, которою, чудилось ему, стараются обвить его со всех боков. Это Древний образ преподобного Максима Грека принуждало его повсевременно держаться начеку; идея, что вот-вот из-за угла на него кинется недруг, стала обычным, ежеминутным его ожиданием. Всего посильнее работал в нем инстинкт самосохранения. Все усилия его бойкого разума были обращены на разработку этого грубого чувства.

Ранешняя развитость и возбуждаемость. Как все люди, очень Древний образ преподобного Максима Грека рано начавшие борьбу за существование, Иван стремительно рос и заблаговременно вырос. В 17–20 лет, при выходе из юношества, он уже поражал окружающих безмерным количеством пережитых воспоминаний и передуманных мыслей, до которых его праотцы не додумывались и в зрелом возрасте. В 1546 г., когда ему было 16 лет, посреди ребяческих игр он, по рассказу летописи Древний образ преподобного Максима Грека, вдруг заговорил с боярами о женитьбе, да гласил так продуманно, с такими дальновидными политическими соображениями, что бояре расплакались от умиления, что правитель так молод, а настолько не мало поразмыслил, ни с кем не посоветовавшись, от всех утаившись. Эта ранешняя привычка к тревожному уединенному размышлению «про себя, втихомолку», надорвала Древний образ преподобного Максима Грека идея Ивана, развила в нем болезненную впечатлительность и возбуждаемость.

Иван рано растерял равновесие собственных духовных сил, уменье направлять их, когда необходимо, делить их работу либо сдерживать одну противодействием другой, рано привык вводить в деятельность мозга роль чувства. О чем бы он ни размышлял, он подгонял, подзадоривал свою идея страстью. При Древний образ преподобного Максима Грека помощи такового самовнушения он был способен разгорячить свою голову до отважных и больших помыслов, раскалить свою речь до блестящего сладкоречия. Тогда и с его языка либо из-под его пера, как от жаркого железа под молотком кузнеца, сыпались искры острот, колючие издевки, меткие словца, внезапные обороты. Иван Древний образ преподобного Максима Грека – один из наилучших столичных ораторов и писателей XVI в., так как был самый раздраженный москвич тех пор. В сочинениях, написанных под диктовку страсти и раздражения, он больше заражает, чем уверяет, поражает жаром речи, гибкостью разума, изворотливостью диалектики, блеском мысли. Но это фосфорический сияние, лишенный теплоты, это не вдохновение, а горячка Древний образ преподобного Максима Грека головы, нервическая прыть, следствие искусственного возбуждения.

Читая письма царя к князю Курбскому, поражаешься резвой сменой в создателе самых различных эмоций: порывы благородства и раскаяния, проблески глубочайшей задушевности чередуются с грубой шуточкой, жестким озлоблением, прохладным презрением к людям. Минутки усиленной работы мозга и чувства сменялись полным упадком утомленных духовных сил Древний образ преподобного Максима Грека, тогда и от всего его остроумия не оставалось и обычного здравого смысла. В эти минутки интеллектуального изнеможения и нравственной опущенности он способен был на затеи, лишенные всякой сообразительности.


dramaturgi-iz-sobachego-zala.html
dramaturgiya-a-p-chehova-vishnevij-sad.html
dramaturgiya-estradnoj-klounadi.html